Хренниковы в Ельце
К 85-летию Т.Н. Хренникова

10 июня 1998 года исполняется 85 лет нашему выдающемуся земляку композитору и общественному деятелю Тихону Николаевичу Хренникову. Народный артист СССР (1963), Герой Социалистического труда (1973), Первый секретарь правления Союза композиторов СССР (с 1948), профессор Московской консерватории (с 1966), лауреат Государственных (1942, 1946, 1952, 1967) и Ленинской (1974) премий он внес значительный вклад в развитие советского музыкального искусства. Его оперы "В бурю" (1939), "Фрол Скобеев" (1950), "Мать" (1957), оперетта "Сто чертей и одна девушка" (1963), симфонии, концерты для скрипки и фортепиано с оркестром стали неотъемлемой частью музыкальной культуры России.

Старинный купеческий род

Хренниковы живут в Ельце несколько веков. Вместе с Голощаповыми, Деевыми, Еремиными, Зыковыми, Ростовцевыми, Чеботаревыми, Шапошниковыми - это один из самых старых купеческих родов, чьи деревянные лавки стояли на Соборной площади еще в позапрошлом веке. Его представители занимали видное общественное положение в нашем городе. Григорий Хренников был городским головой в 1791-1794 годах, когда строился елецкий Гостиный двор или каменные Красные ряды. В 1863 году среди 123 учредителей Елецкого городского общественного банка значилось четверо Хренниковых. Их имущественное положение было различным. Об этом можно судить хотя бы по паевому взносу. Купцы Русановы и Калабины внесли по 1000 рублей, почетный потомственный гражданин Николай Петрович Хренников - 500, а братья Хренниковы Николай, Петр и Ксенофонт Григорьевичи - соответственно 100, 50 и 25 рублей. Петр Сергеевич шесть лет после основания банка занимал должность товарища (заместителя) его директора. А Владимир Николаевич Хренников восемь лет директорствовал в нем, начиная с 1872 года.
Родители Тихона Николаевича были, по его собственному выражению, "шибаями", принадлежали к мещанскому сословию, что подтверждают церковные метрические книги. Но это, несомненно, - обедневшая ветвь старого купеческого рода, получившая мещанское звание после отмены в прошлом веке третьей купеческой гильдии.
Любопытные сведения о происхождении рода Хренниковых передает племянница композитора Вероника Николаевна Памфилова: "В первые послевоенные годы приезжал из Ленинграда немолодой человек, - пишет она, - который встречался с Лидией Николаевной (старшей сестрой Т.Н.). Он занимался родословной Хренниковых. Все Хренниковы, проживающие в России, - родственники, выходцы из Швеции. В Швеции есть место, называемое Энгёнинг, где занимались разведением хрена. Лет триста тому назад семья по фамилии Бистрём переехала в Россию, где занималась разведением хрена, были хренниками, откуда и появилась фамилия Хренниковы.
Музыкальный талант, - продолжает Вероника Николаевна, - проявлялся в разных поколениях. В Большом театре пела Лидия Хренникова, в Мариинском тоже была певица Хренникова. Последней Тихон Николаевич помогал в обустройстве жизни, так как она была в преклонном возрасте и в бедственном положении. К сожалению, в то трудное послевоенное время было не до родословной:"

Семья

Тихон был десятым, самым младшим ребенком в большой и дружной семье. Шесть братьев и четыре сестры! Отец, Николай Иванович Хренников, родился еще при крепостном праве в 1859 году. Тридцати лет он женился на восемнадцатилетней Варваре Васильевне Харламовой. Венчались 11 января 1889 года в день иконы Елецкой Божией матери. Брак был счастливым.
Уже 30 сентября следующего 1890 года родился первенец Николай. Семья быстро росла. Каждый четный год - прибавление: Борис, Софья, Глеб, Лидия, Надежда. В начале века, в 1900 году у Хренниковых уже шестеро детей. В 1903 и 1905 году - еще два сына - Алексей и Митрофан.
11 января 1909 года, к 20-летию свадьбы, Варвара Васильевна подарила мужу девятого ребенка - дочь Нину. Когда 28 мая 1913 года (старый стиль) родился Тихон, старшему брату Николаю шел уже 23-й год.
Деда и бабушку он уже не застал. Дед будущего композитора, Иван Семенович Хренников, скончался в 1899 году 64-х лет. Годом раньше умерла бабушка Анна Трифоновна, урожденная Семенова.
"Отец, Николай Иванович, - вспоминает Тихон Николаевич, - служил приказчиком у местных купцов. Мать, Варвара Васильевна, была поглощена хлопотами о большой многодетной семье. Жила семья дружно. Достатка большого не было, но тот, что был, весь определялся на образование.
Старшие братья закончили Московский университет. Один из средних, Глеб, имел красивый певческий голос - лирический тенор, учился в Московской консерватории и Московском университете. Ему прочили блестящее будущее в вокальном искусстве. Но тут началась первая мировая война, и Глеб добился, чтобы его отправили добровольцем на фронт. Здесь в одном из последних боев под Двинском мой брат был убит в 1918 году. В ту пору мне было пять лет. Но я помню, как было получено о том известие и мать буквально рухнула на пол. Месяц она пролежала совершенно обессилевшая от горя. Да и для всей семьи смерть Глеба была тяжким ударом - он был у нас всеобщим любимцем".
Семья Хренниковых придерживалась добрых православных традиций. "Напротив нашего дома, - вспоминает композитор, - была церковь Покрова, старинная, большая, с великолепной колокольней. Мы всегда семьей ходили в эту церковь. В ней часто служил архиерей, а я ему прислуживал в качестве архиерейского костыльника. Как известно, он держит костыль архиерея, когда тот, остановившись, благословляет кого-то или читает молитву. Костыльник, маленький мальчишка, ходит следом, облаченный в соответствующую одежду из парчи - стихарь. Все это я узнал на себе, будучи архиерейским костыльником. Я до сих пор знаю и помню все молитвы, службы, обедни, всенощную".

Метрические книги свидетельствуют::...

Сохранилось несколько метрических книг елецкой церкви Покрова Богородицы, прихожанами которой были Хренниковы. книги хранятся в областном архиве. Здесь немало интересных для нас записей, как бы сейчас сказали актов гражданского состояния, об их большой семье: о рождении, крещении, венчании. Вот некоторые из записей. Венчание родителей композитора:
1889 год, февраль, 5 день. Бракосочетающиеся
Елецкий мещанин Николай Иванов Хренников, православного вероисповедания, первым браком, 30 лет,
Елецкая мещанская дочь Варвара Васильева Харламова, православного вероисповедания, первым браком, 18 лет.
Поручители:
по женихе: Елецкие мещане Сергей Иванов Меркулов и Иван Иванов Хренников
по невесте: Елецкие мещане Михаил Иванов Харламов и Пармен Семенов Жаворонков.
Таинство совершал священник Николай Крутиков, дьякон Георгий Знаменский, псаломщик Петр Красин.
Автору посчастливилось найти метрические записи о рождении братьев композитора Николая и Алексея, сестры Надежды. К сожалению, некоторые книги утеряны. Сохранилась, по счастью, запись о рождении десятого ребенка в семье:
1913 год, май, рождение 28, крещение 29 дня. Имя Тихон в честь Свт. Тихона, празднуемого 13 августа. (Святителя Тихона, епископа Воронежского, Задонского чудотворца, 1783 - В.Г.)
Родители: Елецкий мещанин Николай Иванович Хренников и законная его жена Варвара Васильевна, православные.
Восприемники: Елецкий мещанин Пантелеймон Иванов Хренников и жена Елецкого мещанина Александра Константинова Зотова Анна Ивановна.
Священник Василий Хлебтовский с причтом.
По метрическим книгам можно проследить широкие родственные и кумовские связи Хренниковых в Ельце. Здесь упоминаются Валуйские, Заусайлова, Ростовцевы, Зотовы, Семеновы, Романенко и многие другие известные в Ельце фамилии. Так что Тихон Николаевич, с неменьшим основанием чем Михаил Пришвин, может сказать: "...если хорошенько подсчитаться, каждый коренной ельчанин мне приходится родственником".

Добрая память

"Во времена моего детства, - вспоминает Тихон Николаевич, - город еще жил старыми традициями, десятилетиями складывавшимися обычаями и привычками. Зимой, обычно на святках, Рождество, Крещение, на льду реки
Конечно же с большими впечатлениями проходили всегда Великий пост перед Пасхой и особенно Пасха, а перед нею, на Страстной неделе в чистый четверг - чтения двенадцати Евангелий с колокольными звонами, перемежавшие чтение каждого Евангелия.
На меня вообще необыкновенное впечатление производит колокольный звон. В детстве слаще для меня не было звуков.
Насколько я себя помню, в большом почете была в нашем доме музыка. Вообще всегда вокруг звучала музыка. Несмотря на то что город наш был уездным, у нас постоянно проходили концерты - и камерные, и симфонические, и сольные. Было два дирижера, Шулькин и чех Кветон. Особенно последний был серьезным, образованным музыкантом и любимцем елецкой публики. В свое время Кветон был дирижером духового оркестра Преображенского полка и, выйдя в отставку, доживал свой век в Ельце. У него был сын, также музыкант, воспитанник Московской консерватории. У него я, между прочим, начал свои занятия музыкой.
Кроме того, мои старшие братья и сестры были уже взрослыми и горячо обсуждали все новинки, концерты, музицировали. В доме постоянно звучала музыка. На таких инструментах, как гитара, мандолина, играли все. Когда подрос, я тоже играл на гитаре в струнном оркестре в школе, пел в школьном хоре.
О школе хочу сказать особо. В ней преподавал пение Иван Матвеевич Зюзюкин, бывший в 20 - 30-е годы легендой нашего города. Он руководил, как бы сейчас сказали, музыкальным воспитанием всего города. Во всех школах города им были созданы по нескольку детских хоров в соответствии с возрастными группами. Хоры постоянно выступали в концертах. Устраивались праздники, где пели объединенные хоры. Все эти выступления и концерты были гордостью города. И долгие годы в Ельце трудно было найти человека, который бы не прошел хоровую школу Зюзюкина и не вспоминал бы о нем добрым словом.
С девяти лет я стал учиться играть на рояле. Занимался со мной поначалу, как я уже говорил, наш Кветон. Он преподал мне и начатки знаний по элементарной теории музыки.
Через два года из Москвы в Елец приехал В. Агарков. Ученик К. Н. Игумнова, он давал концерты, сочинял музыку, был даровитым и требовательным педагогом. Занятия с ним увлекли меня. Но едва ли не самой серьезной для меня была в те годы встреча с Анной Федоровной Варгуниной, с которой я стал заниматься после отъезда из Ельца Агаркова.
Анна Федоровна была всесторонне образованным человеком и представляла тот круг русской интеллигенции, в котором высокая культура, пытливость, широта интересов сочетаются с редкой душевной одаренностью и скромностью. Она выросла в семье крупного волжского купца, но потом ушла из дому, решив стать сельской учительницей. Училась у выдающегося русского ученого-физиолога И. М. Сеченова и была постоянной посетительницей концертов и спектаклей тогдашней столицы. У Варгуниной была прекрасная библиотека, и благодаря ей я пристрастился к книгам. Читал запоем и все свободное время проводил у Варгуниной.
Начав учиться игре на рояле, я довольно скоро стал сочинять музыку. Свой первый опус - Этюд для фортепиано - я написал в 13 лет, а после этого постоянно сочинял какие-то вальсы, марши, этюды и пьесы.
Вскоре подруга моей сестры, С. Г. Цейтлин, учившаяся в ту пору в Москве в музыкальном техникуме имени Гнесиных, рассказала обо мне Михаилу Фабиановичу, и тот посоветовал приехать к нему на консультацию.
Зимой 1927/28 года я приехал в Москву и показал Михаилу Фабиановичу Гнесину свои сочинения. Он отнесся ко мне с большой симпатией и сказал, что прежде всего я должен закончить среднее образование в Ельце, а потом приехать заниматься в Москву".

Братья

В 1994 году в издательстве "Музыка" вышла книга воспоминаний Тихона Николаевича Хренникова с рассказами "о времени и о себе". В ней автор поведал о судьбах некоторых членов своей семьи, о Ельце 1937 года.
"Год этот, как известно, памятен в нашей истории многими печальными событиями, масштабы которых мы узнали только в недавнее время.
Памятен мне 1937 год увлеченной работой над оперой, встречами с Немировичем-Данченко, то есть большими творческими радостями. Вместе с тем этот год принес и очень много горя.
В 1937 году были арестованы два моих брата, Николай и Борис. Николай был директором средней школы в городе Ельце, а Борис - начальником небольшой станции Лучок близ главной железнодорожной станции Елец. В 1937 году их арестовали. Оба были женаты, у обоих - дети. Я стал лихорадочно узнавать, что произошло и за что арестованы мои братья. Годы, как известно, были жестокими и узнать что-либо было нельзя. Их обвиняли в контрреволюционной агитации. Это та печально знаменитая статья 58.10, по которой, собственно, сидело большинство в стране.
Братья мои были честными людьми, самоотверженными в работе, твердо верили советской власти. Даже заподозрить их в контрреволюционной агитации было невозможно".

Николай Николаевич

В госархиве Липецкой области хранятся следственные дела на братьев композитора. Их обнаружил директор архива В.Б. Поляков. По ним можно уточнить воспоминания композитора. Вот характеристика выданная 1 февраля 1937 года старшему, Хренникову Николаю Николаевичу.
"Имеет восемнадцатилетний стаж педагогической работы. Преподает физику и математику. В средней школе ? 2 работает с 1933 года. Предмет свой знает хорошо, уроки строит методически правильно. По физике применяет все имеющиеся в его распоряжении наглядные пособия. Является классным руководителем девятых классов. Хорошо наладил воспитательную работу, в результате 9-й класс по дисциплине и успеваемости стоит на первом месте в школе.
Заслуженно пользуется авторитетом учащихся и родителей".
"Все-таки я докопался до истины, - пишет Тихон Николаевич: мне дали понять, что на них написан и инспирирован целый ряд доносов со стороны людей, которые с ними работали. Такая практика была тогда очень распространена, по доносам сводили счеты и разделывались с товарищами по работе, соседями, родственниками... В этих делах особенно даже не разбирались".
Николаю Николаевичу было предъявлено обвинение: "Хренников среди преподавателей г. Ельца проводит контрреволюционную агитацию пораженческого характера". Фактическая причина ареста - бывший царский офицер и меньшевик. Красный террор добивал их остатки. В деле есть автобиография Н.Н. Хренникова:
"Родился 1 октября 1890 года в г. Ельце, проживал Старо-Московская улица, д.172.
В 1912 году я окончил елецкую гимназию и поступил в Московский университет на физико-математическое отделение.
В октябре 1916 года был мобилизован с последнего курса университета и командирован в 4-ю Московскую пехотную школу прапорщиков, а в феврале произведен в чин прапорщика и назначен младшим офицером 201 пехотного запасного полка. С апреля по июнь заведовал читальней и сапожной мастерской. 25 июня был назначен и откомандирован в 4-й пехотный запасной полк. На фронте в империалистическую войну не был. Демобилизован в феврале 1918 года. В августе 1918 года я был призван в ряды РККА и назначен штатным преподавателем елецких пехотных курсов. С тех пор в течение десяти лет я честно и преданно выполнял эту почетную обязанность. В сентябре 1928 года я был уволен в долгосрочный отпуск по собственному желанию и взят на военный учет по г. Ельцу.
Участвовала походах против Мамонтова, Деникина, Врангеля и Махно.
С сентября 1928 года я работал преподавателем физики и математики в школах г. Ельца, а также и в педучилище".
А следователь все спрашивал об участии в политических партиях.
"В партию меньшевиков я вступил в сентябре 1917 года в г. Полтаве, в это время я был прапорщиком и товарищем председателя полкового комитета 4-го пехотного полка. С занятием города петлюровцами весь полк предался на их сторону, а я уехал В ЕЛЕЦ. В 1918 году вступил в социалистическую рабочую партию интернационалистов, в которой состоял до марта 1920 года".
Вот в чем была зарыта собака!
Новое обвинение: "участие в контрреволюционной эсеро-меньшевистской и офицерской организации" Николай Николаевич отверг как и первое. А следствие всё накручивало и накручивало обвинения. Из доноса завхоза школы Гуляева: "Н.Н. Хренников говорил:
"Большинство из нас - участников Октябрьских завоеваний - не нужны стали большевикам и Советской власти. Мало того, стали преследовать нас за то, что в прошлом являлись членами партии меньшевиков. В стране нет твердой политики, направленной на улучшение положения трудящихся. Жизнь становится все хуже и труднее, и масса недовольна. Такая политика приведет к плохим последствиям". Трудно не согласиться!
В деле еще один донос. Его автор - ученик 8-го класса 2-й средней школы Лейтес. Он слышал о беседе Николая Хренникова осенью 1936 года с группой учеников-комсомольцев о процессе троцкистско-бухаринского параллельного центра: "Одним из учащихся был задан вопрос: "Почему обвиняемые так свободно признаются в своих совершенных преступлениях?" Хренников ответил: "Органы советской власти имеют всякие средства борьбы, вплоть до физических действий, иначе нельзя будет добиться показаний от обвиняемых". И то правда!
21 февраля 1939 года старшему брату композитора было предъявлено обвинительное заключение:
"Обвиняется в том, что являясь меньшевиком, будучи враждебно настроенным против Советской власти, проводил контрреволюционную агитацию, высказывал недовольство существующим советским строем распространял контрреволюционную клевету на жизнь в СССР и восхвалял дореволюционный строй; дискредитировал органы следствия; в 1919 году, будучи командиром роты пехотных курсов, во время измены и сдачи г. Ельца белым, без боя отступил из г. Ельца со всем гарнизоном. (Вот оказывается кто виноват в нашествии Мамонтова! -В.Г.)
Виновным себя не признал, достаточно изобличается свидетельскими показаниями и очными ставками".
Не сломался! Какое надо было иметь мужество и терпение в сталинских застенках!
Но вернемся к воспоминаниям композитора.
"Я стал повсюду писать письма и прошения, - вспоминает Тихон Николаевич. Писал, что уверен в моих братьях, что они - честные люди. Писал и в самое главное управление НКВД. Требовал, чтобы это дело передали в открытый суд. Не знаю, что случилось. Возможно, сыграло некоторую роль то обстоятельство, что обо мне в ту пору писали газеты. Короче, пришло согласие на то, чтобы дело моего старшего брата Николая передать в открытый суд и там судить его.
Чтобы на суде была поддержана сторона обвиняемого, необходим, как известно, адвокат. И я решил пригласить самого знаменитого. Им был Браудо (Коммодов и Браудо были в ту пору наиболее известные адвокаты, участвовавшие в политических процессах). Отправился к нему просить, чтобы он выступил защитником на процессе моего брата. Браудо запросил с меня огромную сумму денег. Их у меня не было. Бросился к знакомым просить взаймы. Выручили. Браудо согласился выступать на процессе.
Сначала моих братьев из Ельца перевели в Орловскую тюрьму - в областной центр. Мы с Браудо поехали в Орел. Меня в тюрьму не пустили. Браудо с ними встречался; после чего сказал, что истязали их там ужасно. В конце концов в Ельце был назначен суд над самым старшим братом, Николаем. Браудо поехал в Елец. Приезд этого знаменитейшего адвоката, его участие в суде напугало тех, кто писал доносы на моего брата. Им пришлось выступать на этом процессе в качестве свидетелей".
"В итоге они все отказались от своих доносов. Обвинения против моего старшего брата рухнули здесь же на суде. Браудо выступал блестяще, Николая оправдали и прямо с суда отпустили домой. Это был для того времени случай редчайший, может быть, единственный. По крайней мере, я о таком больше не слышал. И даже сейчас не понимаю, каким образом мне удалось одного из братьев вытащить в открытый суд".
Приговор судебной коллегии по уголовным делам Орловского областного суда от 6 апреля1939 года гласил:
"Хренникова Николая Николаевича считать по суду оправданным и из-под стражи освободить".
"Но, конечно, - продолжает Тихон Николаевич, - то, что перенес мой брат, легло на него тяжким бременем. Он вернулся больной, измученный и через несколько лет умер.
Когда же я стал требовать, чтобы дело Бориса также вынесли в открытый суд, добиться этого уже не удалось. Всем памятен был пример с Николаем".

Борис Николаевич

На фотографии в фас и профиль из следственного дела сорокашестилетний Борис Николаевич Хренников выглядит стариком. Тонкие поджатые губы, пронзительный взгляд затравленного человека. Он был арестован 15мая 1938 года. Обвинения были чудовищные по своей надуманности:
"Хренников Борис Николаевич достаточно изобличается в том, что являлся активным участником контрреволюционной фашистской диверсионной повстанческой организации, которая вела работу, по подготовке вооруженного восстания против Советской власти.
Организовал контрреволюционную диверсионную группу и проводил подготовку к совершению диверсионных актов на железнодорожном транспорте". Здесь же в деле автобиография обвиняемого:
"Родился 21 июля1892 года в г. Ельце. Местожительство г. Елец, ул.Октябрьская, 58.Профессия и специальность железнодорожник. Место службы - станция Лучек Московско-Донецкой железной дороги, дежурный по станции. Сын торговца, служил в армии офицером в чине подпоручика. Образование незаконченное, среднее. Состав семьи: жена Мария Ивановна, 1895 года рождения, домохозяйка, сыновья Вячеслав 14 лет и Олег 12 лет, учатся в средней школе.
В сентябре1915 года зачислен в 137 запасной пехотный полк, который стоял в г. Кузнецке бывшей Саратовской губернии, в начале 1916 года - направлен в Казань, в школу прапорщиков, в дальнейшем подпоручик.
В марте 1918 года, демобилизовавшись из старой армии, приехал в Елец. Поступил на работу в земотдел и проработал до сентября 1918 года. Ушел добровольцем в Красную Армию и прослужил в разных частях Елецкого гарнизона до 1923 года. При обороне г. Ельца в 1919 году от банд Мамонтова являлся помощником командующего Елецкого укрепленного района Фабрициуса".
Чем объяснить его слова: "Я признаю себя виновным в том, что являлся активным участником контрреволюционной фашистской повстанческой организации, в которую я был вовлечен в 1935 году в г. Ельце"? Это видно из дальнейших материалов.
Второй допрос, 19 сентября 1938 года.
"В предъявленном обвинении виновным себя не признаю...
Написанные и подписанные мною заявления на имя майора Симоновского и протоколы допроса являются вымышленной ложью, и взяты с меня посредством сильного избиения".
5 июня 1939 года Борису Николаевичу было предъявлено обвинительное заключение:
"Управлением НКВД по Орловской области в г. Ельце вскрыта и ликвидирована контрреволюционная повстанческая диверсионная организация, ставившая своей целью свержение Советской власти, захватить власть в свои руки и установить в СССР фашистский строй.
Для этой цели контрреволюционная повстанческая организация на ряде отведенных участков народного хозяйства, как то: промышленность, транспорт, армия и др. важных объектах расставляла своих людей.
Одним из активных участников контрреволюционной организации являлся Хренников Борис Николаевич, вследствие чего последний был арестован и привлечен к уголовной ответственности".
Смотрите, как выслужились орловские энкавэдэшники! Раскрыть в Ельце такую опасную организацию! А вдруг и здесь заведомую ложь адвокаты выведут на чистую воду?
Из протокола Особого совещания при НКВД СССР от 13 февраля 1940 года:
"Постановили: Хренникова Бориса Николаевича за участие в антисоветской повстанческой организации заключить в исправительно-трудовой лагерь сроком на пять лет, считая срок с 15 мая 1938 года"."
Брат композитора оказался в Севжелдорлаге, прокладывал железнодорожный путь через тундру.
"На этот раз моего брата судила "тройка", - с горечью пишет наш великий земляк, - и дала ему позже десять лет концлагеря. Там он и погиб, как мне удалось позже узнать (я все время пытался наводить справки), в 1943 году от истощения где-то в Архангельской области.
Таким образом, моя творческая работа, удачи и успехи в эти годы - одна сторона моей жизни, другая - темная тень, горе, которые легли на мою семью. Нас было в ней десять человек детей. Я в семье был младшим, десятым ребенком. Кроме погибшего в первую мировую войну брата Глеба, все были живы, дружны. И горе было общим, для каждого очень тяжелым".

Тихон Николаевич Хренников - почетный гражданин Ельца. Ельчане искренне любят своего земляка и гордятся им. Каждый его приезд, а он не порывает связей с родным городом, становится событием в культурной жизни. Композитор радует нас своим творчеством. К 850-летию города он написал песню "Живи, Елец!". 3 апреля он дал в Ельце очередной концерт. Огромный зал дворца культуры не вместил всех желающих. Аплодисментам не было конца. Зрители неоднократно стоя устраивали ему овации.

В. Горлов,
редактор историко-культурного центра.
13.05.98

---------------------------------------------------------------------------------------------
 
Хостинг - Елецкий государственный университет им. И. А. Бунина